Глас шестый что это

Детально: глас шестый что это - со всех открытых источников и разных уголков мира на сайте 1000-molitv.ru для наших уважаемых читателей.

Оглавление [Показать]

глас шестый что это

Что такое гласы (глас 4, глас 8 и т.д.)?

Мы часто встречаем в канонах и тропарях пометки — глас 1 или глас 8 и т.д. Что это такое? Глас это напев, мелодия которой поется тропарь или песнь канона. Глас – мотив (лад) в музыке Православной Церкви. Гласы делятся на 4 главных (прямых, или высоких) и 4 побочных (косвенных, или низких); вместе они образуют осмогласие – систему восьми гласов.

Большинство песнопений (из октоиха) богослужений одной недели подчинено одному из восьми гласов. Каждую субботу вечером, на воскресной всенощной происходит поочерёдная смена одного из восьми гласов. Восемь недель образуют восьминедельный гласовый цикл, повторяющийсяв течение года несколько раз

Гласов существует восемь, и каждый из них имеет свой музыкальный колорит, трудно определимый словами, как и вообще трудно определение (интерпретация) того или другого характера музыки. И это тем более, что самые напевы для гласа не есть что-либо твердо установившееся, но они терпели и терпят различные видоизменения. Кроме того, напевы одного и того же гласа не одинаковы для стихир, тропарей, канонов и прокимнов. Тем не менее музыкальная основа в этих разных вариациях гласа и теперь одна и та же, и сохранялась более или менее твердо в течение веков. Посему возможна некоторая характеристика гласов. Такая характеристика составлена средневековыми западными теоретиками церковной музыки для римско-католических гласов, и по однородности музыкального построения осмогласия нашего и в Западной Церкви, основанного на свойствах древнего греческого тетрахорда, приложима и к нашим гласам.

— Первый глас более других прост, важен и величествен; дорийский напев, лежащий в его основе, Платон и (псевдо) Аристотель предпочитают другим; он употреблялся для торжественных, громогласных гимнов, направленных к смягчению гнева божества, особенно для гимнов Аполлону (?????) и при жертвенных возлияниях (??????); этот музыкальный лад считался вождем к хорошей жизни; это был любимый напев аркадян и лакедемонян (по Поливию); по Атенею, он практиковался при воспитании юношей; Кассиодор называет его подателем целомудрия и производителем чистоты; пифагорейцы одушевляли им себя глубоким утром к работе; Птолемей, приурочивающий 8 напевов к 8 небесным сферам, сравнивает дорический напев с солнцем: как солнце иссушает влагу и прогоняет мрак, так этот напев уничтожает флегму, леность, вялость, сон, грусть и смущение; он идет мужам славным, богато одаренным; он возвышен, лишен неги и распущенности.

— В основе второго гласа лежит лидийский напев, который соответствует сангвиническому темпераменту; он порождает кротость, благосклонность, приятность; он усладителен, дышит удовольствием и употреблялся при плясках; по Кассиодору, он отгоняет излишние заботы и отчаяние, утешает печальных; он сопоставляется с Юпитером.

— Лежащий в основе третьего гласа фригийский лад сравнивается с морем; он бурный, возбуждающий, вызывающий негодование, им одушевлялись к битве; сильный и острый, глубоко задевающий душу; ему соответствует из стихов анапест; он заключает большие скачки в своем движении и отвечает вкусу людей порывистых, стремительных, гневных, холериков; он ищет слов резких, воинственных; Платон и Аристотель предпочитали его вместе с дорическим напевом другим, но запрещали употребление его юношам ввиду его страстности.

— В основе четвертого гласа лежит миксолидийский напев, названный так потому, что имеет нечто общее с лидийским напевом (2 гл.), иные называют его локрским (Julius Pollux); он оказывает двоякое действие — то возбуждает к радости, то вдруг внушает печаль; он употреблялся древними в трагедии за то, что внушал грусть и в то же время имел некоторую долю возбуждения и приятности; у пифагорейцев им обозначалась гармония 7-ой и последней небесной сферы; своею цельностью и связностью он сообщает особый покой душе; он выше других напевов — своими тихими и приятными переходами; отягченным мирскими заботами он внушает стремление к небесному, будит отупевший ум и более других напевов выражает действие на нас благодати Духа Св. — Другие четыре гласа называются «косвенными» (???????) первых четырех, представляя к ним некоторую противоположность (отрицательный полюс).

Так, пятый глас имеет в основе иподорийский напев, который в противоположность дорийскому навевал как бы сон, почему пифагорейцы употребляли его вечером для укрощения забот; он отвечает вкусу вялых, грустных и несчастных; он успокаивает душевные волнения; Аристотель называет его величественным, постоянным и важным и действие его сравнивает с действием на Землю Луны, самой нижней планеты, влияющей на влажность; он молящий, несколько плачущий напев, полный мольбы об избавлении от бедствия, позора и рабства; он заключает в себе что-то аналогичное бледности.

— Шестой глас имеет в основе иполидийский напев, выражающий чувства благочестия, преданности, человечности, любви, грусти и плача; но скорбь здесь не молящая, как в предыдущем напеве, а проистекающая от любви, преданности, привязанности (употреблялся в молитвах Венере); он волновал и служил языком чувств; отличался плавным и связным течением звуков.

— Седьмой глас имеет в основе ипофригийский напев, мягкий, трогательный, укрощающий, подавляющий желчность, ласкательный; ему приписывалась даже некоторая льстивость, обманчивость, и он шел к Меркурию; им критяне и лакедемоняне отзывали от битвы; он подходит к словам, выражающим увещание, ласку, убеждение.

— Ипомиксолидийский лад, соответствующий восьмому гласу, искусственно прибавленный, чтобы не лишить миксолидийский напев его косвенного напева, уподобляется своду небесному с его разнообразием звезд; он не выражает одного какого-либо чувства, но безразличен к ним; не выражаемое другими напевами можно передать этому, в чем он близок к 1-му гласу; он медлительно приятен и представляет непоколебимость будущей славы; он идет людям скромным, со способностью глубокого созерцания; подходит к словам о вещах высоких, о небесном, к молитвам о блаженстве ; но в общем это напев, достойный своего (последнего) места.

В церковных гласах неудобные особенности греческих напевов нашли смягчение и преобразование, очищены от всего греховного; только общий колорит остался тот же. — Что касается количества гласов, то 8 для него могло быть выбрано и из-за символичности этого числа. Оно, по Григорию Богослову и писателю, называющему себя Дионисием Ареопагитом, считается символом вечности. Иоанн Дамаскин в числе семь видел все настоящее время, а в восьми — будущее состояние по воскресении мертвых. «Богослужение Церкви, разделенное или подведенное под число 8, выражает собою ту мысль, что жизнь христианская во времени и в вечности состоит во всегдашнем прославлении Господа, в вечном служении Ему»

азбука веры

О гласах

В ходе Богослужения не раз объявляется так называемый глас, происходит это примерно таким образом: «Глас первый. Господи воззвах к Тебе, услыши мя», – или: «Прокимен, глас шестый…» О том, что такое глас, и пойдет речь в этой заметке.

В широком смысле гласом можно назвать набор мелодий, на которые поются те или иные песнопения. В Богослужении употребляются песнопения разных типов: тропарь, стихира, прокимен, ирмос и др. – для них установлены различные напевы. Когда имеется в виду конкретное песнопение, например прокимен, то его глас указывает, что этот прокимен следует петь напевом, установленным для прокимнов данного гласа. Таким образом, чтобы правильно спеть, необходимо знать не только номер гласа, но и его тип: тропарный, стихирный или иной.

В настоящее время на практике поется далеко не все, что положено петь, пение часто заменяется чтением, от этого и самые напевы забываются.

По преданию Православной Церкви, систему гласов ввел преподобный Иоанн Дамаскин. Гласов всего 8, из них 4 основных и 4 косвенных. В Греческой Церкви они так и именуются: 1, 2, 3, 4, 1 косв., 2 косв., 3 косв., 4 косв., а в Русской соответственно 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8. В Римо-Католической Церкви порядок несколько иной: косвенный глас идет сразу за основным, и у 4-го гласа имеется не один, а два косвенных гласа, итого получается 9.

Современные напевы существенно отличаются от древних, и в косвенных гласах теперь сложно найти схожие элементы с основным. Но в древности, когда было очень заметно, что один глас косвенный к другому, песнописцы это учитывали, что заметно в службах праздников. Например, на Пасху поются стихиры воскресные и канон 1-го гласа, а тропарь и стихиры Пасхи 5-го. На Воздвижение Креста Господня стихиры на «Господи воззвах…» 6-го гласа, стихира на Слава и ныне – 2-го. И таких примеров достаточно много. Однако в тех службах, которые были составлены много позже, такого уже не наблюдается.

Кроме служб праздников существуют службы воскресных дней, в которых воспоминается и славится Воскресение Христово. Эти службы каждую неделю обновляют в нас пасхальную радость. Воскресных служб 8 – каждая на свой глас, они следуют одна за одной и повторяются через 8 седмиц. Основные тексты воскресных служб написаны прп. Иоанном Дамаскиным. На вечерне: первые стихиры на «Господи воззвах…», стихиры на стиховне; на утрене: воскресные каноны. Таким образом, в течение всей службы раскрывается красота не только церковного Богословия, но и церковного творчества, выражающегося в различных церковных песнопениях одного гласа, складывающихся в единый гимн воскресшему Христу. К сожалению, сокращение служб и замена пения чтением умаляет благолепие Богослужения, хотя изменить данную ситуацию не представляется возможным: слишком много времени отделяет нашу действительность от подвижнического духа древних монастырей, под влиянием которых и складывался наш Устав.

Словесно-мелодическую часть православного богослужения составляют церковное пение и чтение. Разница между ними только в мелодической широте. Церковное пение по существу – это мелодически расширенноe и украшенное чтение, а чтение – это то же пение, сокращенное в мелодии соответственно содержанию текста и требованиям Устава. При этом богослужебная мелодия не просто сопровождает священный текст, а отражает его содержание и восполняет его, передавая то, что невозможно выразить словесно. Музыковед 19 века В.Ф.Одоевский говорил, что “…отцы наши называли церковное пение не музыкой, а словесной мелодией”. Мелодия молитвенная, богословствующая, проста, но в этой простоте сокрыта великая мудрость. Она величественна, но не горделива, успокаивает душу, но не расслабляет ее, сурова, но не безжалостна, скорбна, но не слезоточива. В ней нет ни сплошного мажора, ни минора – как на земле не бывает ни совершенной радости, ни безысходной скорби.

Наше церковное пение создано святыми и подвижниками благочестия, для которых мелодия была голосом духа, а не предметом упражнения в искусстве. Отцы Церкви создали тексты и мелодии, которые органически связаны с содержанием, создали и сам устав церковного пения. Причем, устав этот определяет не только порядок, последовательность исполнения песнопений за богослужением, но касается и характера самих мелодий и способа их исполнения.

Основу любой мелодии православного песнопения составляет псалмодия – краткая мелодия, которая состоит из трех-четырех повторяющихся тонов. Она может быть различным образом расширена. Собственно псалмодия в чистом виде – это то, что мы называем богослужебным чтением, которое святые отцы называют пением, указывая тем самым на распевное их исполнение. Расширенная псалмодия – мелодия православного песнопения – бывает двух видов: “подобен” и “самогласен”. По уставу мелодия подобна более простая, а мелодия самогласна – более широкая. Самогласны имеют свою, им свойственную мелодию и не служат образцом для других песнопений того же гласа. Подобны исполняются по определенному музыкальному образцу, этот образец называется “самоподобен”. Поэтому всегда при стихире, которую полагается петь на подобен, указываются начальные слова самоподобна, служащего образцом. (Например, глас 8, подобен “О преславного чудесе…”).

В церковном уставе можно найти указания и о характере исполнения песнопений. Например, “Честнейшую…” положено петь “велегласно”, “Господи помилуй” на малой вечерне и полунощнице – “кротким и тихим гласом” и т.п. Встречаются такие указания: “велегласно и косно” (громко и медленно), “со сладкопением”, “скоро” и др.

Богослужебная мелодия должна быть чистой, бесстрастной, премирной, “духовной”. Православное богослужебное пение есть, прежде всего, слово, лишь окрашенное музыкальным звуком. Церковные мелодии католичества, протестантизма – это красивые музыкальные картины, ласкающие слух, затрагивающие слабые стороны человеческой души. Но красоту эту нельзя назвать истинно духовной. Как самая гениальная картина на религиозный сюжет отличается от иконы, так чувственная красота этих песнопений отличается от истинно духовной трезвенной красоты уставных православных песнопений. К сожалению, этот дух чувственности стал проникать и в православные песнопения, особенно, в ХIX веке. Церковные композиторы стали создавать мелодии для православных песнопений, не имеющие ничего общего с православной традицией и уставом богослужения. Эти песнопения действуют на нашу чувственность, кажутся красивыми. Но надо понимать, что эти мелодии относятся к иному жанру, они противоречат уставу Церкви и чужды духу православного богослужения. Об этом так писал святитель Игнатий (Брянчанинов): “Сочинения новейших композиторов авражают настроение их духа, настроение западное, земное, душевное, страстное или холодное, чуждое ощущения духовного… В некоторые песнопения трудившиеся в них внесли свой характер, уничтожив совершенно церковный характер”. Об этом же говорит И.А.Гарднер: “…полууставные напевы и хоровые их гармонизации почти совсем вытеснили в ХIХ веке уставные правильные напевы в хоровом употреблении… Очень обширную часть богослужения современной Русской Церкви представляет неуставное, неканоническое богослужебное пение” (т.е. свободные хоровые композиции на богослужебные тексты).

Один из главных принципов уставности – принадлежность к тому или иному гласу, к системе и принципу осьмогласия. В этом смысле многоголосные гармонизации уставных гласовых напевов все же можно признать уставным пением, хотя хоровое многоголосное пение по западному образцу не принадлежит преданию Православной Церкви. Оно только допущено для богослужебного употребления (в Русской Церкви в 17-м веке).

Пение в Церкви также должно быть чинным, назидательным, благодатным. “…нужно петь Господу не голосом, а самой жизнью своей, – говорил преподобный Варсонофий Оптинский, – В Священном Писании жизнь во Христе называется пением. “Крепость моя и пение мое Господь и бысть мне во спасение”(Пс.117,14), “… пою Богу моему дондеже есмь”(Пс.145, 2)”. Каноны Церкви запрещают нарочито громкое пение: “Не подобает… естество на вопль понуждати” (174 правило Номоканона), Сила звучания должна быть ограничена пределами естественной громкости каждого поющего голоса, иначе такое пение именуется канонами Церкви “бесчинным воплем”. Ни один голос не должен выделяться. Святитель Филарет Московский говорил, что “возможное усиление – это уже крик”.

Распределением песнопений по их содержанию управляет закон осьмогласия, являющийся основой богослужебного пения Православной Церкви. Устроитель церковного осьмогласия – преподобный Иоанн Дамаскин. Все песнопения разделяются на восемь гласов согласно содержанию их текста. Каждый из гласов – это определенный напев, некая музыкальная основа для песнопений. Каждый глас имеет свое внутреннее содержание.

Идея осьмеричности лежит в основе мироздания. В шесть дней сотворил Господь мир и “благословил седьмой день и освятил его, ибо в оный почил от всех дел Своих, которые Бог начал творить” (Бытие, 2,3). Восьмой день, по толкованию святых отцов, есть день Господень, единый и нескончаемый, День будущего века (Царствия Небесного). Эта идея нашла свое отражение и в различных аспектах церковной жизни. Например, осьмогласие как основа богослужебного пения. Большинство великих праздников празднуется в Церкви семь дней и в восьмой день “отдаются”.

Принцип осьмогласия был в свое время принят Русской Церковью от Церкви Греческой и является музыкальной основой богослужения. Однако, понятие осьмогласия в греческой традиции отличается от нашего. У греков глас- это лад, тональность. В русской традиции глас – это некоторая мелодия, закрепленная раз и навсегда. Каждый глас имеет помимо характерной для него тональности, лада, еще и наиболее употребительные в данном гласе мелодические обороты – попевки. Гласов всего восемь. Четыре основных (атентических) – 1,2,3,4 и четыре производных (плагальных) – 5-й к 1-му, 6-й ко 2-му, 7-й к 3-му, 8-й к 4-му. Каждый из плагальных гласов завершает и углубляет содержание соответствующего автентичного гласа.

Каждый глас начинается в день воскресный и продолжается до субботы включительно, сообщая всей седмице благодать минувшего дня воскресного. Этот глас господствует в богослужении всю седмицу.

Мы сейчас привыкли к тому, что на гласы распеваются стихиры, кондаки, ирмосы, прокимны, алиллуия. Но, за немногим исключением, практически все песнопения православного богослужения, в том числе, неизменяемые, распеваются на определенный глас. Например, Предначинательный псалом и “Блажен муж” в начале Всенощной Уставом положено петь на 8-й глас. “Свете тихий” распето на все восемь гласов. Великое славословие, “Честнейшую”, величания – положено петь на 6-й глас. “Херувимская песнь” распета самим преподобным Иоанном Дамаскиным на 6-й глас. Этот же глас положен для “Ныне силы Небесныя” и “Вечери Твоея Тайныя днесь”. “Да молчит всякая плоть человеча” – 8-й глас. Символ веры и молитва Господня по Уставу не поются, а читаются. Традиция пения Символа веры пришла в Россию в 16-17 веке с Запада. Знаменная мелодия Евхаристического канона состоит из одной строки 2-го гласа, переплетенной певучим речитативом.

Приведем в заключение краткую характеристику гласов. Более полный и аргументированный анализ Вы найдете в книге протоиерея Бориса Николаева “Знаменный распев и крюковая нотация как основа русского православного церковного пения” .

1 глас – светозарный, величественный, поется легко и стремительно, взмывает к Небесам, способен настраивать душу к возвышенным чувствам. Это глас небесной красоты, Божественного величия и славы, духовной радости. Это глас Пасхальный. Служба праздника Святой Пасхи составлена в 1-ом гласе и в параллельном к нему 5-ом.

2 глас – нежный, трогательный, располагающий к любви, умилению, состраданию, отражающий тончайшие переживания человеческой души. Прежде всего, это глас Великой Субботы. Этот же глас и параллельный ему 6-й доминируют в песнопениях заупокойных богослужений. 2-й глас – глас “прехождения”, отражающий переходное состояние (предпразднество, исход души из тела, переход от жизни временной к жизни вечной).

3 глас – плавный, тихий, степенный, но вместе и твердый, мужественный. Этот глас имеет наименьшее число попевок и по количеству песнопений, положенных на этот глас, стоит на предпоследнем месте. Песнопения 3-го гласа содержат размышления о тайнах Горнего мира, а также отражают небесную радость, свет и хвалу. Так, например, воскресный тропарь 3-го гласа изображает Воскресение Христово как источник всеобщей радости.

4 глас – быстрый, торжественный, восхитительный, возбуждающий к веселию и радости. Глас светлого блистательного торжества, но не триумфа, как в 1-ом гласе. Четвертый глас не лишен оттенка покаянности, напоминания о человеческой греховности.

5 гласплагальный к 1-му, является его завершением и углублением. Величественное шествие завершается глубоким поклонением. В песнопениях 5-го гласа слышится призыв к поклонению (например, тропарь воскресный – поклонение Воскресению Христову), а также светлое приветствие: “Радуйся!” (самоподобен “Радуйся, Живоносный Кресте” и др.) По характеру мелодии 5-й глас одновременно и немного печальный и радостный.

6 гласплагальный ко 2-му. Мелодия 6-го гласа весьма печальная, располагающая к сокрушению о грехах, плачу, но вместе и наполняющая душу благоговейным умилением. Этот глас передает глубокую скорбь, растворенную и небесным утешением. Если 2-й глас – глас исхода, то 6-й глас – глас погребения. На этот глас положены каноны утрени Великого Четверга, Великой Пятницы и Великой Субботы, канон погребения мирян. Также это глас глубокого покаяния, сокрушения о грехах. Великий покаянный канон преподобного Андрея Критского положен на 6-й глас. Многие песнопения в честь преподобных отцов и святителей также поются на 6-й глас.

7 гласплагальный к 3-му. Самый скудный по количеству песнопений и музыкальных строк. У греков этот глас именуется “тяжелым”. Характер его – важный, мужественный, как бы вдыхающий бодрость, упование, мужество. Мелодия и тексты 7-го гласа величественны и просты, но за этой простотой скрывается глубокое, великое и непостижимое. Песнопения 7-го гласа много говорят о будущем веке, неведомом и непостижимом, о Небесном Иерусалиме.

8 гласплагальный к 4-му. Глас полноты, совершенства, высоты, царственный, завершающий земное и указывающий на полноту и совершенство Небесного. Также, это глас высокой похвалы, восклицания (“О преславного чудесе”, “О Тебе радуется”, “Что вас наречем, святии”). В то же время, мелодия 8-го гласа несколько печальная, умилительная. На 8-й глас положено петь песнопение “Покаяния отверзи ми двери, Жизнодавче…”

Оценка 3.5 проголосовавших: 6
ПОДЕЛИТЬСЯ

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here