Поучения игнатия брянчанинова

Детально: поучения игнатия брянчанинова - со всех открытых источников и разных уголков мира на сайте 1000-molitv.ru для наших уважаемых читателей.

поучения игнатия брянчанинова

«Дом души – терпение: потому что она живет в нем; пища души -смирение: потому что она питается им» – сказал святой Илия Евдик.

Точно: питаясь святою пищею смирения, можно пребывать в святом дому терпения. Когда же недостанет этой пищи, то душа выходит из дому терпения. Как вихрь, похищает ее смущение, уносит, кружит. Как волны подымаются в ней различные страстные помыслы и ощущения, потопляют ее в глубине безрассудных и греховных размышлений, мечтаний, слов и поступков. Душа приходит в состояние расслабления, мрачного уныния, часто приближается к пропастям убийственного отчаяния и совершенного расстройства.

Хочешь ли неисходно пребывать в святом дому терпения? – Запасись пищею, необходимою для такого пребывания: стяжи и умножай в себе помышления и чувствования смиренные. Вид смирения, приуготовляющий к терпению скорбей пред пришествием их и способствующий к благодушному терпению скорбей по пришествии их, святыми Отцами назван самоукорением.

Самоукорение есть обвинение себя в греховности, общей всем человекам и в своей частной. При этом полезно воспоминать и исчислять свои нарушения Закона Божия, кроме блудных падений и преткновений, подробное воспоминание которых воспрещено Отцами, как возобновляющее в человеке ощущение греха и услаждение им.

Самоукорение имеет, при начале упражнения в нем, характер безсознательного механизма, то есть, произносится языком без особенного сочувствия сердечного, даже в противность сердечному чувству; потом, мало-помалу, сердце начнет привлекаться к сочувствию словам самоукорения; наконец самоукорение будет произносится от всей души, при обильном ощущении плача, умалит пред нами и закроет от нас недостатки и согрешения ближних, примирит ко всем человекам и к обстоятельствам, соберет рассеянные по всему миру помыслы в делание покаяния, доставит внимательную, исполненную умиления молитву, воодушевит и вооружит непреодолимою силою терпения.

Самоукорение достигнув полноты своей, искореняет окончательно злобу из сердца, искореняя из него совершенно лукавство и лицемерство, непрестающие жить в сердце, доколе самооправдание обретает в нем место. Преподобный Пимен Великий сказал, что ненавидение лукавства заключается в том, когда человек оправдывает ближнего, а себя обвиняет во всяком случае. Изречение это основано на словах Спасителя: Спаситель наименовал всякого, осуждающего ближних, лицемером. При самоукорении безмолвник увидит всех человеков святыми и Ангелами, а себя грешником из грешников, и погрузится, как в бездну, в постояннее умиление.

Будем и мы претерпевать с благодарением попускаемое нам, и получать пользу благодатью человеколюбивого Бога. Самоукорение имеет то особенное, полезнейшее, таинственное свойство, что возбуждает в памяти и такие согрешения, которые были совершенно забыты, или на которые не обращено было никакого внимания.

– Чудное дело! начиная укорять себя машинально, насильно, мы достигаем наконец столько убеждающего нас и действующего на нас самоукорения, что при помощи его переносим не только обыкновенные скорби, но и величайшая бедствия. Искушения уже не имеют такой силы над тем, кто преуспевает, но, по мере преуспеяния, они становятся легче, хотя бы сами по себе были тяжелее. По мере преуспеяния крепнет душа, и получает силу терпеливо переносить случающееся. Крепость подается, как бы особенно-питательною снедью, углубившимся в сердце смирением. Эта-то крепость и есть терпение.

Несомненная вера в Промысл Божий утверждает в терпении и способствует самоукорению. Не две ли птицы ценятся единым ассарием, сказал Господь ученикам Своим, и не едина от них падет на земли, без Отца вашего. Вам же и власи главнии вси изочтени суть. Не убойтеся убо. Этими словами Спаситель мира изобразил то неусыпное попечение, которое имеет Бог; и которое может иметь только один всемогущий и вездесущий Бог, о рабах и служителях Своих. Таким попечением Бога о нас мы избавлены от всякого малодушного попечения и страха о себе, внушаемых нам неверием. Смиримся убо под крепкую руку Божию, да ны вознесет во время, всю печаль нашу возвергше Нань, яко Той печется о нас. Когда мы подвергаемся скорби, Бог видит это. Это совершается не только по Его попущению, но и по Его всесвятому промышлению о нас. Он попускает нам потомиться за грехи наши во времени, чтоб избавить нас от томления в вечности. Часто случается, что тайный и тяжкий грех наш остается неизвестным для человеков, остается без наказания, будучи прикрыт милосердием Божиим; в это же время, или по истечении некоторого времени, принуждены бываем пострадать сколько-нибудь, вследствие клеветы или придирчивости, как бы напрасно и невинно. Совесть наша говорит нам, что мы страдаем за тайный грех наш! Милосердие Божие, покрывшее этот грех, дает нам средство увенчаться венцем невинных страдальцев за претерпение клеветы, и вместе очиститься наказанием от тайного греха. Рассматривая это, прославим всесвятой Промысл Божий, и смиримся пред ним.

В пример того, каким образом судьбы Божии вспомоществуют рабам Божиим, желающим благоугодить Богу, как они возводят их к той святой деятельности, к которой они никак не достигли бы без помощи судеб Божиих, приведем события с константинопольским вельможею Ксенофонтом, с его супругою и двумя сыновьями. Богатый и знаменитый Ксенофонт проводил жизнь самую благочестивую, какую общее благочестие христиан того времени соделывало возможно посреди мира и какую ныне можно проводить разве только в удалении от мира. Он желал, чтоб два сына были наследниками и имущества его, и положения при дворе императорском, и благочестия. Тогда славилось училище в сирийском Вирите (нынешнем Бейруте). Туда Ксенофонт отправил детей своих для изучения премудрости века сего. Путь из Константинополя в Вирит – морем. Однажды сыновья, посетив отца по случаю его опасной болезни, возвращались к училищу. Внезапно поднялась сильнейшая буря на Средиземном море, корабль разбило, оба юноши были выкинуты волнами в разных местах на берега Палестины. В таком бедственном положении, напитанные с детства помышлениями и влечениями благочестивыми, сыновья Ксенофонта признали в постигшей скорби призвание Божие к монашеской жизни, и, как бы по взаимному соглашению, поступили в палестинские монастыри. По прошествии значительного времени, они встретились друг с другом; по прошествии значительного времени, Ксенофонт узнал, что корабль, на котором ехали его дети, разбит бурею, и что все находившиеся на корабле пропали без вести. Глубоко огорченный отец прибегнул к молитве; после всенощного келейного бдения он получил Божественное откровение, что сыновей его осеняет особенная милость и благодать Божия. Поняв из этого, что они приняли монашество, зная что в Палестине, против берегов которой корабль претерпел крушение, находится монастырей многое множество, Ксенофонт с супругою отправился в Иерусалим: там он увидел сыновей, и уже не возвратился в Константинополь.

Из Иерусалима он распорядился имуществом, которое было продано: деньги, вырученные за него розданы монастырям, церквам и нищим. Ксенофонт и Мария (так называлась его супруга) последовали примеру сыновей своих, Иоанна и Аркадия, вступили в монашество, в котором и родители и дети достигли великого духовного преуспеяния. Они никак не сподобились бы его, если б пребыли в мирской жизни, хотя и весьма благочестивой. Бог, презирая их преуспеяние, привел к нему неисповедимыми судьбами Своими. Путь судеб Божиих горек, как засвидетельствовал святой Апостол: Его же любить Господь наказует: биет же всякого сына, его же приемлет.

Последствия судеб Божиих вожделенны, неоценимы. Из жизнеописаний многих других избранников Божиих убеждаемся, что Бог посылает в помощь благому деланию рабов Своих скорби, ими очищает и совершает это делание. Одно собственное делание человека недостаточно, как замечает преподобный Симеон Новый Богослов. «3олото,- говорит он, – покрывшееся ржавчиною не может иначе очиститься и возвратить естественную светлость как будучи ввергнуто в огонь и тщательно выковано молотами: так и душа, осквернившаяся ржавчиною греха и соделавшаяся вполне непотребною, не может иначе очиститься и возвратить древнюю красоту, если не пребудет во многих искушениях, и не вступит в горнило скорбей. Это изъявляется и словами Господа нашего: Продаждь имение твое, и возьми крест твой, и гряди во след Мене. Здесь крестом знаменуются искушения и скорби. Раздать все свое имение, и вместе не подвизаться мужественно против случающихся искушений и скорбей, служит, по мнению моему, признаком души нерадивой, неведущей своей пользы: потому что от одного отвержения имений и вещей ничего не приобретут отвергающие их, если не претерпят до конца в искушениях и скорбях ради Бога. Не сказал Христос: в отложении вещей ваших, но в терпении вашем стяжите души ваши.

Явно, что раздаяние имений и бегство от мира похвально и полезно; но оно одно, само по себе, без терпения искушений, не может соделать человека совершенным по Богу… Расточивший нуждающимся имение и удалившийся от мира и вещества, кичится с великим услаждением в совести своей о уповании мзды, и иногда тщеславием выкрадывается самая мзда. Кто ж, по раздаянии всего убогим, претерпевает печали с благодарением души, и жительствует посреди скорбей: тот вкушает всякую горесть и болезненный труд, а мзда его пребывает неокраденною; его ожидает великое воздаяние в этом и будущем веке, как подражателя Христовым страданиям, как пострадавшего с Ним во дни наведения искушений и скорбей. И поэтому умоляю вас, братия о Христе, постараемся по слову Господа, Бога и Спасителя нашего, Иисуса Христа, как отверглись мы мира и всего, что принадлежит миру, так и пройти сквозь тесные врата, заключающиеся в отсечении нашего плотского мудрования и воли, в бегстве от них: потому что без умерщвления для плоти, для похотей ее и воли, невозможно, получить отраду, избавление от страстей и свободу, являющуюся в нас из утешения, производимого Святым Духом».

Отчего мы не желаем подвергнуться скорбям, которые попускаются нам Промыслом Божиим во спасение душ наших, к которым призывает нас Сам Бог? – Оттого, что над нами господствуют сластолюбие и тщеславие: по внушению первого мы не хотим утеснять наше тело; по внушению второго мы дорожим человеческим мнением. Обе эти страсти попираются живою верою, так как, напротив, действуют по причине неверия. На вопрос преподобного аввы Дорофея: «Что мне делать? я боюсь стыда бесчестий, святой Иоанн Пророк отвечал: «Не переносить безчестия есть дело неверия. Брат! Иисус сделался человеком, и перенес безчестия: неужели ты больше Иисуса? Это – неверие и бесовская прелесть. Кто желает смирения, как говорит, и не перенесет безчестия: тот не может приобрести смирения. Вот, ты услышал истинное учение: не пренебреги им. Иначе пренебрежет и тебя дело. О стыде: Приводя себе на память всенародный стыд пред Господом, который постигнет грешников, ты вменишь временный стыд ни во что». Вообще памятование вездесущия и всемогущества Божия удерживает сердце от того колебания, в которое усиливаются привести его помыслы неверия, опираясь на тщеславие и неправильную любовь к телу. Сказал Святой Пророк Давид: Предзрех Господа предо мною выну, яко одесную мене есть, да не подвижуся. Сего ради возвеселися сердце мое, и возрадовася язык мой: еще же и плоть моя вселится на уповании! Возвеселися сердце мое от действия веры и смирения! слова славословия Бога и самоукорения доставляют радость устам и языку! самая плоть моя ощущает силу нетления, входящую и изливающуюся в нее из ощущений сердца сокрушенного и смиренного, Утешенного и утешаемого Богом!

Если никакое искушение не может коснуться человека без воли Божией: то жалобы, ропот, огорчение, оправдание себя, обвинение ближних и обстоятельств суть движения души против воли Божией, суть покушения воспротивиться и противодействовать Богу. Устрашимся этого бедствия! Размышляя о какой бы то ни было скорби нашей, не будем умедлять в размышлении, чтоб оно неприметным образом не отвлекло нас от смиренномудрия в явное или прикрытое самооправдание, в состояние, противное смотрению о нас Божию. Не доверяя немощи нашей, прибегнем скорее к верному оружию самоукорения! На двух крестах, близ Спасителя, были распяты два разбойника. Один из них злоречил и хулил Господа; другой признал себя достойным казни за злодеяния свои, а Господа страдальцем невинным. Внезапно самоукорение отверзло ему сердечные очи, и он в невинном страдальце-человеке увидел страждущего за человечество всесвятого Бога. Этого не видели ни ученые, ни священники, ни архиереи иудейские, не смотря на то, что почивали на Законе Божием и тщательно изучили его по букве. Разбойник делается Богословом, и пред лицом всех, признававших себя мудрыми и могущественными, насмехавшихся над Господом, исповедует Его, попирая своим святым мнением ошибочное мнение мудрых о себе и сильных собою.

Разбойника-хулителя грех богохульства, тягчайший всех прочих грехов, низвел во ад, усугубил там для него вечную муку. Разбойника, пришедшего при посредстве искреннего самоосуждения к истинному Богопознанию, исповедание Искупителя, свойственное и возможное одним смиренным, ввело в рай. Тот же крест – у обоих разбойников! противоположные помышления, чувствования, слова были причиною противоположных последствий. Со всею справедливостью эти два разбойника служат образом всего человечества: каждый человек, истратив свою жизнь неправильно, в противность назначению Божию, во вред своему спасению и блаженству в вечности, есть по отношению к самому себе и тать, и разбойник, и убийца. Этому злодею посылается крест, как последнее средство к спасению, чтоб злодей, исповедав свои преступления и признав себя достойным казни, удержал за собою спасение, дарованное Богом. Для облегчения страданий и доставления утешений духовных при распятии и пребывании на кресте, распят и повешен на древе крестном вочеловечившийся Бог близ распятого человека. Ропщущий, жалующийся, негодующий на свои скорби окончательно отвергает свое спасение: не познав и не исповедав Спасителя, он низвергается во ад, в вечные и безплодные муки, как вполне отчуждившийся, отвергшийся Бога. Напротив того открывающий посредством самоукорения свою греховность, признающий себя достойным временных и вечных казней, входит мало-помалу самоукорением в деятельное и живое познание Искупителя, которое есть живот вечный. Распятому на кресте по воле Божией, славословящему Бога с креста своего, открывается таинство креста, и вместе с этим таинством таинство искупления человеков Богочеловеком. Таков плод самоукорения. По отношению к всемогущей и всесвятой воле Божией не может быть иных соответствующих чувств в человеке, кроме неограниченного благоговения и столько же неограниченной покорности. Из этих чувств, когда они сделаются достоянием человека, составляется терпение.

Господь наш Иисус Христос, Царь неба и земли, пришедши для спасения рода человеческого с неоспоримыми доказательствами Своего Божества, с беспредельною власти над всею видимою и невидимою тварью, не только не был принят человеками с подобающею Ему славою и честию, но и встречен ненавистью, подозрением, замыслами убийственными; во все время земного странствования был преследуем клеветою, злословием, придирчивостью, лукавством; наконец схвачен, как преступник, во время ночной молитвы Своей, связан, влачим с насилием, представлен на суд, решившийся прежде суда на убийство, подвергнут насмеянию, заушениям, заплеваниям, разнообразным терзаниям и пыткам, смерти на кресте, смерти бесчестной – уголовных преступников. Стоит безмолвно и неподвижно кроткий агнец пред стригущим его: так стоял Господь пред безбожными судиями Своими и бесчеловечными убийцами, Божественным молчанием отвечая на дерзкие вопросы, клеветы и поругания. Самоосуждение и самоукорение были не свойственны Ему, непричастному грехов: молчанием Он прикрыл Свою Божественную правду, чтоб мы, самоосуждением и самоукорением отрицаясь от нашей поддельной, мнимой правды, могли соделываться причастниками Его правды всесвятой и всесовершенной. Ни правда падшего естества, ни правда Закона Моисеева не могли ввести нас в утраченное вечное блаженство: вводит в него правда Евангелия и креста. Нет совершенного между человеками по добродетелям человеческим: к совершенству христианскому приводит крест Христов, и печатлеет это совершенство, даруемое Духом Святым. Смирение возвело Господа на крест и учеников Христовых смирение возводит на крест, который есть святое терпение, недостижимое для плотских умов, как было непонятным молчание Иисуса для Ирода, понтийского Пилата и иудейских архиереев. – Будем молить Господа, чтоб Он открыл нам таинство и даровал любовь креста Своего, чтоб сподобил нас претерпеть должным образом все скорби, которые попустятся нам всеблагим Божиим промыслом во времени для спасения нашего и блаженства в вечности. Господь обетовал нам: Претерпевый до конца, той спасется. Аминь.

Свт. Игнатий (Брянчанинов). Аскетические опыты. Том I «О терпении»

Святитель Игнатий Брянчанинов о последних временах. Выдержки из статьи архиепископа Аверкия Таушева

«СОЛЬ ОБУЕВАЕТ»
знамение приближения конца

Наше время походит на последнее. Соль обуевает. В высших пастырях Церкви осталось слабое, темное, сбивчивое, неправильное понимание по букве, убивающей духовную жизнь в христианском обществе, уничтожающей христианство, которое есть дело, а не буква. Тяжело видеть, кому вверены, или кому попались в руки овцы. Христовы, кому предоставлено их руководство и спасение! Волки, облечённые в овечью кожу, являются и познаются от дел и плодов своих. Но это – попущение Божие. Находящиеся в Иудее да бегут в горы!”

Не с гораздо ли большим правом можем мы повторить эти грозные, предостерегающие слова его в наши дни? Ибо как раз в этом отношении – в отношении полного духовно-нравственного упадка, дошедшего, кажется, уже до крайних пределов, жизнь за эти последние сто лет, особенно со времени катастрофического крушения нашей Родины-России, действительно далеко ушла вперед.

Печальный “прогресс”, ясно свидетельствующий, по словам святителя Игнатия, о приближении конца!..

Куда уж идти дальше, если те, кому вверены человеческие души для руководства ими ко спасению, ведут их не ко спасению, а к вечной погибели?!

Для нас важно, что святитель Игнатий, с ранней юности искренно всей душой стремившийся к подлинной духовно-нравственной жизни и сам явивший в себе высокий образец такой жизни, пишет это не голословно, а на самом себе переживши все это, как мы знаем это из его замечательного жизнеописания. А выводы из пережитых им лично разочарований и огорчений на этой почве, он изложил письменно во многих местах своих “Аскетических Опытов”, “Аскетической Проповеди”, “Писем к мирянам”, “Приношения современному монашеству”, “Отечника” и других дошедших до нас его письменных трудов, представляющих особо ценнейшую библиотеку для каждого интересующегося вопросами духовно-нравственной жизни и, в особенности, для желающего не только “философствовать” (что часто бывает совершенно безплодно и не на пользу!), но и жить духовной жизнью, как действительно жил ею сам святитель Игнатий. Творения святителя Игнатия тем и ценны нам особенно, что они все написаны из собственного духовного опыта.

Нарисовав положительную картину духовно-нравственной христианской жизни в целом ряде своих глубоко-назидательных творений, как она отразилась в житиях святых угодников Божиих, на протяжении всей христианской истории, а в Особенности – в наставлениях св. подвижников веры и благочестия первых веков христианства, святитель Игнатий переходит к “последним временам”, причем признаки этих “последних времен” указывает уже в современной ему эпохе (сто слишком лет тому назад). Для нас ценно то, что святитель Игнатий, как он сам подчеркивает, на все ищет ответов и руководства у древних отцов-подвижников и мало что говорит “от себя” и своими словами, излагая в своих рассуждениях их мысли и приводя порою дословно их изречения.

Вот как, например, говорит он о современной эпохе в “заключении” своего “Отечника”:

“От зрелища, представляемого древностию, обратимся к зрелищу, представляемому современностью. Что должны сказать мы себе? как жить, как действовать нам? Ответ на эти вопросы, находим у древних иноков: они предвозвестили о нашем положении; они и предначертали образ действования в этом положении. “В последнее время, – сказал один из них, – те, которые поистине будут работать Богу, благоразумно скроют себя от людей и не будут совершать посреди их знамений и чудес, как в настоящее время. Они пойдут путем делания, растворенного смирением, и в Царствии Небесном окажутся большими отцев, прославившихся знамениями” (4-й ответ преп. Нифонта). Какое основательнейшее наставление, какое утешение для нас в этих пророческих словах знаменоносного и духоносного отца!”

Чрезвычайно важно это указание! Отсюда ясен вывод: там, где много шума, саморекламы, популярности, то есть, где явно отсутствует смирение, а видно стремление к славе, к возвеличению себя в глазах других, действительными или только дутыми, воображаемыми, мнимыми трудами и заслугами – там нет истинного угождения Богу.

Что же там?

Там – “одно лицемерство”, приводит святитель Игнатий слова святителя Тихона Задонского.

“Убойся этого лицемерства, – поучает далее святитель Игнатий, – убойся лицемерства, во-первых, в себе самом, потом – в других: убойся именно потому, что оно – в характере времени и способно заразить всякого при малейшем уклонении в легкомысленное поведение. Преследуй лицемерство в себе, изгоняя его из себя; уклонись от зараженных им масс, действующих и намеренно и бессознательно в направлении его, прикрывающих служение миру служением Богу, искательство временных благ искательством благ вечных, прикрывающих личиною святости порочную жизнь и душу, всецело преданную страстям”.

Вот – одна, чрезвычайно характерная черта, особенно свойственная нашему времени, которую как опытный знаток духовной жизни, вскрывает святитель Игнатий, предостерегая нас от нее.

Вторая черта, на которую не раз в своих творениях указывает святитель Игнатий, это – иссякновение благодатных руководителей подлинной духовно-нравственной жизни, а в связи с этим, что особенно важно в наше время знать и помнить каждому ищущему спасения души – умножение лжеучителей, обманутых бесовской прелестью и влекущих весь мир в этот обман. Сугубая осторожность нам нужна, как многократно предостерегает нас в своих писаниях святитель Игнатий, чтобы “не принять волка за пастыря” и не довериться легкомысленно тому, кто может погубить твою душу, поведя ее ложным путем. По словам святителя Игнатия, наше время есть время крайнего оскудения духоносных наставников, а потому найти настоящего “старца”, каковы были старцы-наставники первых веков христианства теперь уже невозможно, и гораздо безопаснее руководиться Священным Писанием и писаниями отеческими. Сам святитель Игнатий при этом вспоминает, как много он страдал от почти постоянной встречи с духовными “руководителями, болезновавшими слепотой и самообольщением, и сколько горьких и тяжких потрясений” он от этого испытал.

Третья характерная черта нашего времени – это необыкновенное умножение соблазнов всякого рода, самых разнообразных, которые все будут отвлекать человека от искреннего и нелицемерного служения Богу.

“Горе миру от соблазнов, ибо надобно придти соблазнам” (Мф. 18; 7),– предвозвестил Господь. И пришествие соблазнов есть попущение Божие, и нравственное бедствие от соблазнов есть попущение Божие. К концу жизни мира соблазны должны столько усилиться и расплодиться, что по причине “умножения беззакония, во многих охладеет любовь” (Мф. 24; 12), и “Сын Человеческий, придя, найдет ли веру на земле?” (Лк. 18; 8). “Земля Израилева – Церковь будет низвращена от меча” – от убийственного насилия соблазнов – “и пуста весьма” (Иез. 38; 18).

Жительство по Боге соделается очень затруднительным.

Соделается оно таким потому, что живущему посреди и пред лицом соблазнов невозможно не подвергнуться влиянию соблазнов. Как лед при действии на него тепла теряет свою твердость и превращается в мягчайшую воду, так и сердце, преисполненное благого произволения, будучи подвергнуто влиянию соблазнов, особливо постоянному, расслабляется и изменяется.

“О, бедственное время! О, бедственное состояние! – восклицает святитель Игнатий, созерцая это губительное зрелище соблазнов. – О, бедствие нравственное, неприметное для чувственных людей, несравненно больше всех невещественных, громких бедствий! О, бедствие, начинающееся во времени и не кончающееся во времени, но переходящее в вечность! О, бедствие из бедствий, понимаемое только одними истинными христианами и истинными иноками, неведомое для тех, которых оно объемлет и губит!”.

Золотые слова святителя Игнатия! Ведь мы уже стоим сейчас пред лицом всех этих безчисленных многообразных соблазнов, которые так затрудняют современным людям “жительство по Боге”, а многие ли в наше время отдают себе ясный отчет во всей крайней губительности этих соблазнов? В мире, на наших глазах, происходят душу потрясающие события, как например кровавая катастрофа, постигшая нашу Родину-Россию, создание безбожных-богоборческих государств, открытая борьба с Богом и Церковью, явное служение сатане, а многие, как слепцы, ничего этого словно не видят и даже сердятся, когда им на это указывают: “да что вы говорите? ничего особенного тут нет! всегда это было!” и тому подобное.

Как и эта духовная слепота едва ли не большинства современных людей, даже именующих себя христианами (страшно сказать: среди них есть и немало христианских священнослужителей!), так и все, с каждым днем, умножающиеся соблазны, которые все более и более затрудняют “жительство по Богу”, – это, по словам святителя Игнатия, явное знамение уже начавшегося и быстро прогрессирующего в наши дни “отступления”, о котором предрек св. Апостол Павел в своем Втором Послании к Солунянам (2 Сол. 2; 3).

“Времена, чем далее, тем тяжелее. Христианство, как дух, неприметным образом для суетящейся и служащей миру толпы, очень неприметным образом для внимающих себе, удаляется из среды человеческой, предоставляя его (“мир”) падению его”.

Здесь в этих словах очень важно отметить, что Отступления как бы не видят, не замечают те люди, которые принадлежат к “суетящейся и служащей миру толпе”, те, которые сами настолько осуетились, предавши себя служению этому миру, во зле лежащему, по слову Апостола (1 Иоан. 5; 19), что потеряли духовное зрение, и потому все происходящее ныне в мире кажется им совершенно естественным, нормальным, с чем нужно примиряться. И они страшно сердятся на тех, кто пытаются открыть им глаза, ибо это мешает им жить спокойно, в свое удовольствие.

А вот, что далее говорит святитель Игнатий:

“Совершается предречение Писания об Отступлении от христианства народов, перешедших от язычества к христианству. Отступничество предсказано со всею ясностью Св. Писанием и служит свидетельством того, сколько верно и истинно все, сказанное в Писании”.

Вот почему у истинного, подлинно-верующего христианина не может быть никакой “паники” при созерцании этой мрачной картины Отступления, чего как-то совсем наивно и неразумно бояться некоторые, предпочитая поэтому “не замечать” Отступления и молчать о нем. Истинный христианин ведь знает со слов Самого Христа-Спасителя, что всему этому “надлежит быть” (Мк. 13; 7; Лк. 21; 9), и он не должен закрывать глаза на это, а обязан вполне сознательно относиться к происходящему, правильно оценивать и взвешивать все события, в которых проявляется Отступление, дабы знать, как вести себя, дабы не быть самому увлеченным потоком Отступления, что может случиться незаметно для него самого, при его небрежении и недостаточном внимании.

И вот в руководство нам святитель Игнатий и говорит:

“Отступление попущено Богом: не покусись остановить его немощною рукою твоею…”

Что же? Разве это значит, что нужно примириться с Отступлением и самому “включиться” в него?

Отнюдь нет, конечно! А вот что: “Устранись, оградись от него сам: и этого с тебя достаточно. Ознакомься с духом времени, изучи его, чтобы по возможности избегнуть влияния его”.

Как важно в наше время помнить, носить в уме и сердце это драгоценнейшее наставление нашего великого российского светильника!

Вот почему преступно молчать об Отступлении, убаюкивать себя и других, что все вполне благополучно, что беспокоиться не о чем. И хотя мы не в силах “остановить Отступление немощною рукою своею”, долг христианской любви повелевает нам не только самим “устраниться”, “охраниться от него”, но и ближних наших предохранить, предостеречь от него, если они сами не видят, не замечают. Тут надо всегда помнить замечательное изречение одного из величайших столпов нашей св. Церкви – святителя Григория Богослова, что “молчанием предается Бог”, нельзя молчать о том, что является делом первостепенной важности, как дело спасения душ человеческих!

“Не странно, что чудеса Антихриста будут приняты безпрекословно и с восторгом отступниками от христианства, врагами истины, врагами Бога: они приготовили себя к открытому, деятельному принятию посланника и орудия сатаны, его учения, всех действий его, благовременно вступив в общение с сатаною в духе. Достойно глубокого внимания и плача то, что чудеса и деяния Антихриста приведут в затруднение самых избранников Божиих”.

Вот эти последние предостерегающие слова святителя Игнатия особенно важны для тех, кто легкомысленно смотрят на современную подготовку мира к принятию Антихриста, кто остаются слепыми, несмотря ни на что, и не хотят видеть явных признаков этой бешено-ведущейся к воцарению Антихриста со стороны его слуг, уже продавших сатане свои души за земные блага: за свободное, безпрепятственное удовлетворение “похоти плоти”, “похоти очей”, и “гордости житейской”, то есть: сластолюбия, сребролюбия и славолюбия (I Иоан. 2;16)!

Нужно знать и помнить, сколь велико будет лукавство Антихриста и как хитро будет действовать он, если даже “избранники Божий”, то есть истинные христиане окажутся в затруднении, не будучи в состоянии сразу “раскусить” и изобличить Антихриста – не смогут сначала узнать его.

Причина этого затруднения и сильного влияния Антихриста на людей, по словам святителя Игнатия, “будет заключаться в его адском коварстве и лицемерстве, которыми искусно прикроется ужаснейшее зло, в его необузданной и безстыдной дерзости, в обильнейшем содействии ему падших духов, наконец, в способности к творению чудес, хотя и ложных, но поразительных.

Коварство и лицемерие – особенно характерные черты нашего времени. Воспитанием их в людях человечество и подготовляется к легчайшему и безболезнейшему принятию Антихриста.

“Знамение Антихриста дополняет действие его ухищренного поведения: уловят в последование ему большинство человеков. Противники Антихриста сочтутся возмутителями, врагами общественного блага и порядка, подвергнутся и прикрытому и открытому преследованию, подвергнуться пыткам и казням”.

И это нам уже знакомо! Не только сам Антихрист, но и предтечи и слуги его в наше время уже воздвигли “прикрытое и открытое” преследование всех истинных христиан, а кое-где, как, например, у нас на Родине, дошло уже и до кровавых гонений, пыток и казней. И все это делается под самыми благовидными предлогами: истинные христиане провозглашаются “врагами общественного блага и порядка”, признаются “возмутителями”, а в Церкви – “раскольниками”.


Но как и почему люди отвергнут Христа и примут Антихриста?

“Придет Антихрист в свое, предопределенное ему время.

Пришествие его предварится общим Отступлением в большинстве человеков христианской веры. Отступлением от Христа человечество приготовится к принятию Антихриста, примет его в духе своем. В самом настроении человеческого духа возникнет требование, приглашение Антихриста, сочувствие ему, как в состоянии сильного недуга возникает жажда к убийственному напитку. Произносится приглашение! раздается призывный голос в человеческом обществе; выражающем настоятельную потребность в гении из гениев, который бы возвел вещественное развитие и преуспеяние на высшую степень, водворил на земле то благоденствие, при котором рай и небо, делаются для человека излишними. Антихрист будет логичным, справедливым, естественным последствием общего нравственного и духовного направления человеков”.

Поистине богомудрые, пророческие слова нашего великого российского светильника-прозорливца! Ведь писал он все это более ста лет тому назад, когда жизнь в России была относительно спокойной, нормальной, когда и в помине не было ничего того, что судил пережить нам Бог потом, за время истекшего с тех пор столетия, а в особенности – за последние страшные, подлинно “апокалиптические” пятьдесят лет, когда многим вполне естественно начало казаться, что кончина мира совсем близка, вот-вот “при дверях”. И все то, что мы теперь наблюдаем в мире – в церковной и общественно-политической жизни людей – вполне отвечает вышеизложенным предречениям нашего святителя. Ведь если серьезно вдуматься во все то, что происходит, явно станет, что еще никогда, за всю прошлую историю, мир не был так близок к Антихристу, как в настоящее время. Вопрос только в сроках, которые нам не открыты.

Безконечно благодарны должны быть мы, сыны и дщери Русской Православной Церкви, святителю Игнатию за то, что он еще сто лет тому назад так ярко начертал пред нашим мысленным взором картину всего того, что на наших глазах теперь происходит и что еще должно произойти, быть может, в недалеком будущем. Мы – предупреждены обо всем, и страшный ответ понесем, если на все это легкомысленно станем закрывать глаза, уверяя себя и других, что ничего особенного не происходит, что все совершенно нормально и что со всем надо в душе примириться, ничего не боясь и ничего не предпринимая, а “плывя по течению, как все”, или “идя в ногу со временем”, стремительно влекущем нас к Антихристу.

“Соль обуевает” – Церковь может перестать быть Церковью и стать “лже-церковью”, имеющей принять Антихриста, как своего “мессию”, кроме “малого остатка” истинно-верующих, который, по слову святителя Игнатия, становится “все скуднее и скуднее”. Вся современная культура и вся человеческая жизнь, направленная лишь на обеспечение внешнего, чисто земного благосостояния людей, усиленно и поспешно подготовляют мир к воцарению Антихриста.

Итак, крайнее время для каждого из нас – определить, где мы и с кем мы: в этом “малом остатке” истинно-верующих, в этом “малом стаде” Христовом, по выражению Самого Христа-Спасителя (Лк. 12; 23) – со Христом или с Его врагом – Антихристом?

Этому учат нас богомудрые творения святителя Игнатия!

Постоянный адрес данной страницы:

Поучения святителя Игнатия (Брянчанинова) о посте

/

поучения игнатия брянчанинова

Св. Василий Великий и, согласно с ним, другие св. отцы утверждают, что если бы нужно нам было иметь расслабленные тела, то таковыми сотворил бы их Бог; почему они заповедают меру поста именно таковую, какая необходима для обуздания меру поста именно таковую, какая необходима для обуздания плотских страстей, которая вместе с тем не расстраивала бы тех, но сохраняла их способными к исполнению заповедей Христовых или, проще сказать, к послушаниям и подвигам бдения, молитвы и коленопреклонений, к чему расслабленные тела окончательно не способны.

Св. Иоанн Лествичник вкушал от всего, дозволенного чину иноческому, с целью избежать душевных страстей тщеславия, мнения о себе, человекоугодия, тайноядения, лицемерства, лукавства, лжи, которые часто являются у подвижников по плоти и соделывают для них духовное преуспеяние решительно невозможным. Бог является простоте и смирению, и нельзя соединить служение Ему со служением славе человеческой.

Правила поста установлены Церковью с целью вспоможения чадам ее, как руководство для всего христианского общества. При этом предписано каждому рассматривать себя с помощью опытного и рассудительного духовного отца и не возлагать на себя поста, превышающего силы: потому что, повторяем, пост для человека, а не человек для поста; пищей, данной для поддержания тела, не должно разрушать его.

«Если удержишь чрево, — сказал святой Василий Великий, — то взойдешь в рай; если же не удержишь, то будешь жертвой смерти». Под именем рая здесь должно разуметь благодатное молитвенное состояние, а под именем смерти состояние страстное. Благодатное состояние человека во время пребывания его на земле служит залогом вечного блаженства его в небесном Эдеме; ниспадение во власть греха и в состояние душевной мертвости служит залогом ниспадения в адскую пропасть для вечного мучения.

Се здрав был ecи: ктому не согрешай, да не горше ти что будет (Ин. 5, 14). поучения игнатия брянчаниноваТакое завещание дал Господь исцеленному Им расслабленному, как мы слышали сегодня в Евангелии.

Возлюбленные братия! Это завещание Господа имеет для нас значение величайшей важности. Оно возвещает нам, что мы подвергаемся болезням и прочим бедствиям земной жизни за согрешения наши. Когда же Бог избавит нас от болезни или бедствия, а мы снова начнем проводить греховную жизнь, то снова подвергаемся бедствиям, более тяжким, нежели какими были первые наказания и вразумления, посланные нам от Бога.

Грех — причина всех скорбей человека и во времени и в вечности. Скорби составляют как бы естественное последствие, естественную принадлежность греха, подобно тому, как страдания, производимые телесными недугами, составляют неизбежную принадлежность этих недугов, свойственное им действие. Грех в обширном смысле слова, иначе падение человечества, или вечная смерть его, объемлет всех человеков без исключения; некоторые грехи составляют печальное достояние целых обществ человеческих; наконец, каждый человек имеет свои отдельные страсти, свои особенные согрешения, принадлежащие исключительно ему. Грех, во всех этих различных видах, служит началом всех скорбей и бедствий, которым подвергается вообще человечество, подвергаются человеческие общества, подвергается каждый человек в частности.

Состояние падения, состояние вечной смерти, которою заражено, поражено, убито все человечество, есть источник всех прочих согрешений человеческих — и общественных и частных. Расстроенное ядом греха естество наше стяжало способность согрешать, стяжало влечение ко греху, подчинилось насилию греха, не может не производить из себя греха, не может обойтись без него ни в каком виде деятельности своей. Никто из человеков не обновленных не может не грешить, хотя бы и не хотел грешить.

Три казни определены правосудием Божиим всему человечеству за согрешения всего человечества. Две из них уже совершились, одна должна совершиться. Первою казнью была вечная смерть, которой подверглось все человечество в корне своем, в праотцах, за преслушание Бога в раю. Второю казнью был всемирный потоп за допущенное человечеством преобладание плоти над духом, за низведение человечества к жизни и достоинству бессловесных. Последнею казнью должно быть разрушение и кончина этого видимого мира за отступление от Искупителя, за окончательное уклонение человеков в общение с ангелами отверженными.

Нередко особенный род греха объемлет целые общества человеческие и навлекает на них казнь Божию. Так содомляне были пожжены огнем, ниспадшим с неба, за преступное угождение плоти; так израильтяне были не раз предаваемы иноплеменникам за уклонение в идолопоклонство; так камень на камне не остался в великолепном Иерусалиме, построенном из чудных камней, а жители его погибли от меча римлян за отвержение Спасителя и богоубийство. Заразителен грех: трудно устоять частному человеку против греха, которым увлечено целое общество.

Пример казни за грех, сделанный человеком отдельно, наказуемый правосудием Божиим также отдельно, видим в продолжительной болезни исцеленного Господом расслабленного.

Сказав столько, сколько необходимо знать и сколько можно было ныне сказать о греховности всего рода человеческого и о греховности обществ человеческих, обратим особенное внимание на частную греховность, которую каждый человек имеет свою. Это рассматривание существенно нужно для нас и существенно полезно. Оно может иметь спасительное влияние на деятельность нашу, отвратив ее от пути беззаконий, направив по воле Божией. Просвещаемые законом Божиим, мы научимся, что Бог, при неограниченной милости, и правосуден совершенно, что Он непременно воздаст за греховную жизнь соответствующим наказанием. Такое убеждение внушит нам употребить все усилия к освобождению себя от увлечения и собственными страстями и порочными обычаями общества, к избавлению себя от временных и вечных казней Божиих.

Святые отцы утверждают, что до искупления все человеки были обладаемы грехом, творили волю греха и против желания своего. По искуплении рода человеческого Богочеловеком уверовавшие во Христа и обновленные святым Крещением уже не насилуются грехом, но имеют свободу: свободу или противиться греху, или последовать внушениям его. Произвольно покоряющиеся греху опять теряют свободу и подпадают насильственному преобладанию греха. Те, которые под руководством Слова Божия ведут брань с грехом, противятся ему, одерживают в свое время полную победу над греховностью. Победа над собственною греховностью есть вместе и победа над вечною смертью. Одержавший ее удобно может уклониться от общественного греховного увлечения. Это видим на святых мучениках: победив грех в себе, они противостали заблуждению народному, обличили его, не остановились запечатлеть святое свидетельство кровью. Увлеченный и ослепленный собственным грехом не может не увлечься общественным греховным настроением: он не усмотрит его с ясностью, не поймет его как должно, не отречется от него с самоотвержением, принадлежа к нему сердцем. Сущность подвига против греха, подвига, которым обязан подвизаться каждый христианин, заключается в борьбе против греха, в расторжении дружбы с ним, в побеждении его в самой душе, в уме и сердце, которым не может не сочувствовать тело. «Вечная смерть, — говорит преподобный Макарий Великий, — находится сокровенною внутри сердца: ею человек — мертв, будучи по внешности жив. Кто в тайне сердца перешел от смерти к жизни, тот будет жив во веки, и уже не умрет никогда. Хотя тела таковых и разлучаются на некоторое время от душ, но они — освященные, и восстанут со славою. По этой причине смерть святых и называем сном».

Святые, все без исключения, несмотря на то, что победили вечную смерть и раскрыли в себе вечную жизнь еще во время этой временной жизни, подвергались многим и тяжким скорбям и искушениям. Отчего это? Свойственно грешникам привлекать на себя наказание Божие; по какой же причине жезл Божий не минует избранных Божиих, поражает их ударами? Разрешается этот вопрос, по наставлению Священного Писании и святых отцов, следующим образом. Хотя греховность и побеждена в праведных человеках, хотя вечная смерть уничтожена присутствием в них Святого Духа, но им не предоставлена неизменяемость в добре на всем протяжении земного странствования: не отнята и у них свобода в избрании добра и зла. Неизменяемость в добре — принадлежность будущего века. Земная жизнь до последнего часа ее — поприще подвигов произвольных и невольных. Умерщвляю тело мое и порабощаю, — говорит Великий Павел, — да не како иным проповедуя, сам неключим буду (1 Кор. 9, 27). Апостол говорит это о том осоленном и освященном Божественною благодатью теле, которому не сделал никакого вреда злейший яд ехидны, которого одежды производили исцеления. И такое тело нуждалось в порабощении и умерщвлении, чтоб умерщвленные его страсти не ожили и вечная смерть не воскресла! Доколе христианин, хотя бы он был сосудом Святого Духа, странствует на земле, дотоле вечная смерть может воскреснуть в нем, греховность может снова объять и тело, и душу. Но и одного собственного подвига недостаточно для служителей Божиих к укрощению падения, гнездящегося в естестве, постоянно стремящегося восстановить свое владычество: им нужна помощь от Бога. Вспомоществует им Бог Своею благодатью и жезлом наказания отеческого соразмерно благодати каждого. Великому Павлу дадеся — свидетельствует он — пакостник плоти, ангел сатанин, да ми пакости дeem, да не превозношуся (2 Кор. 12, 7) по поводу возвышеннейшего духовного преуспеяния, по поводу множества бывших ему Божественных откровений, по поводу множества духовных дарований, которые он имел, по поводу множества чудес, которые совершил. Столько повреждена наша природа греховным ядом, что самое обилие благодати Божией в человеке может служить для человека причиною гордости и погибели. Не почести, не слава, не послушание беспрекословное встречали Павла, когда он проповедовал вселенной Христа, доказывая истину проповеди знамениями: ангел сатанин повсюду уготовлял для него козни, сопротивление, уничижение, гонение, напасти, смерть. Познав, что это совершается по попущению Божию, Павел восклицает: благоволю в немощех, в досаждениих, в бедах, во изгнаниих, в теснотах по Христе (2 Кор. 12, 10). Павел находил необходимым умерщвлять свое тело, чтоб от послабления телу не возникли плотские страсти: око Промысла Божия усмотрело, что настоит нужда скорбями оградить душу Павла от гордости. Самое чистое естество человеческое имеет в себе нечто гордое, замечает преподобный Макарий Великий. Вот причина, по которой рабы Божии подвергают себя произвольным лишениям и скорбям, — одновременно подвергаются различным скорбям и искушениям по попущению Промысла Божия, вспомоществующего скорбями подвигу рабов Божиих, охраняющего скорбями подвиг их от растления грехом. Путь земной жизни для всех святых был путем многотрудным, тернистым, исполненным лишений, обставленным бесчисленными напастями. Иные из них, — говорит апостол, — избиени быша, друзии же руганием и ранами искушение прияша, еще же и узами и темницею, камением побиени быша, претрени быша, искушени быша, убийством меча умроша: проидоша в милотех и в козиих кожах лишени, скорбяще, озлоблени: ихже не бе достоин весь мир, в пустынях скитающеся и в горех и в вертепах и в пропастех земных (Евр. 11, 35-38). Замечает блаженный Симеон Метафраст в жизнеописании великомученика Евстафия: «Богу не благоугодно, чтоб рабы Его, которым Он уготовал на небесах вечную, непременяющуюся честь и славу, пребывали почитаемы и прославляемы суетным и временным почитанием в этом превратном и непостоянном мире». Отчего так? Оттого, что нет человека, который бы безвредно для души своей мог пребывать на высоте земного величия и благоденствия. Если б кто был равноангельным по нравственности, и тот поколеблется. В нас, в душах наших насаждена падением нашим способность изменяться. Мы не можем не соответствовать и не сообразоваться расположением нашего духа внешним обстоятельствам нашим и вещественному положению. «Прильпе земли душа моя! (Пс. 118, 25; ср.,  Пс. 137, 7) — исповедуется Богу пророк от лица каждого падшего человека: подымает меня с земли, отторгает от нее, вводит во спасение десница Твоя, Твое всесвятое Слово и Твой всесвятой Промысл, растворяя скорбями мое временное благополучие и вместе утешая меня благодатным духовным утешением, вдыхающим влечение к небу в сердце мое. Без этой помощи Божией, по моей несчастной наклонности, которой я не могу противостать одними собственными силами, я бы привязался умом и сердцем исключительно к одному вещественному и страшно, гибельно обманул бы себя, забыв о вечности, о уготованных мне благах в ней, утратил бы их невозвратимо».

С покорностью Богу, с благодарением, славословием Бога истинные служители Божии принимали попускаемые им скорби Промыслом Божиим. Они благоволили, как выразился святой апостол Павел, о скорбях своих; находили их полезными, нужными, необходимыми для себя; попущение их признавали правильным, благодетельным. Стремление воли своей они присоединили к действию воли Божией: в точном смысле благоволили к наказаниям и вразумлениям, ниспосылаемым от Бога.

Из такого сердечного залога, из такого образа мыслей взирали святые на постигавшие их напасти. Духовное утешение и радование, обновление души ощущениями будущего века были последствием настроения, внушаемого смиренномудрием. Что скажем мы, грешные, о встречающихся нам скорбях? Какая, во-первых, начальная причина их? Начальная причина страданий человеческих, как мы видели, — грех, и очень правильно поступит всякий грешник, если при постигших его печалях немедленно обратит мысленные взоры к грехам своим, сознается в грехах, обвинит грехи свои, обвинит себя за грехи свои, признает скорбь праведным наказанием Божиим. Есть и другая причина скорбей: это — милосердие Божие к немощному человечеству. Попуская грешникам скорби, Бог возбуждает их к тому, чтоб они опомнились, чтоб они остановились среди неудержимого увлечения своего, вспомнили о вечности, о своих отношениях к ней, вспомнили о Боге, о своих обязанностях к Нему. Скорби, попускаемые грешникам, служат признаком, что эти грешники еще не забыты, не отвержены Богом, что усматривается в них способность к покаянию, исправлению и спасению.

Грешники, наказуемые Богом, ободритесь: егоже бо любит Господь, наказует; биет же всякаго сына, егоже приемлет (Евр. 12, 6). Это возвещает нам Священное Писание, вразумляя, утешая, укрепляя нас. Приимите наказание, да не когда прогневается Господь, и погибнете от пути праведнаго (Пс. 2, 12); приимите наказание сознанием, что вы достойны наказания; приимите наказание славословием за наказание, славословием правосудного и в правосудии своем милосердого Бога; примите наказание беспристрастным рассмотрением вашей протекшей жизни, исповеданием ваших согрешений, омовением согрешений слезами покаяния, исправлением поведения вашего. Оно, часто, нуждаясь мало в исправлении наружном, нуждается очень много в исправлении тайном: в исправлении образа мыслей, направления, побуждений, намерений. Вы совратились с пути праведного согрешениями вашими: не потеряйте его окончательно ропотом, противосовестным оправданием себя пред собою и людьми, безнадежием, отчаянием, хулою на Бога. Средство вспоможения, данное вам для возведения вас на путь благочестия, употребленное Самим Господом, не обратите в средство решительного расстройства, в средство погубления себя. Иначе прогневается на вас Господь. Он отвратит лице Свое от вас как от чуждых Ему; не будет посылать вам скорбей как забытым и отверженным; попустит вам истратить земную жизнь по похотениям грехолюбивого вашего сердца и повелит смерти пожать вас внезапно, как плевелы, соделавшиеся по собственному свободному произволению и избранию принадлежности огня гееннского.

Претерпевающие должным образом попускаемые им от Бога искушения приближаются к Богу, стяжевают дерзновение к Нему, усваиваются Ему, как свидетельствует апостол: аще наказание терпите, яко сыновом обретается вам Бог (Евр. 12, 7). Бог исполняет духовными благами терпящего скорбь в смирении духа, внимает его умиленной молитве, часто отвращает бич и жезл наказания, если он не нужен для большего духовного преуспеяния. Это совершилось над исцеленным расслабленным, лежавшим тридцать восемь лет в притворе Соломоновом между множеством других больных, которые ожидали, подобно расслабленному, цельбоносного возмущения воды рукою ангельскою. Какое страдальческое положение, вынужденное болезнью и нищетою! Очевидно: пораженные недугом не имели других средств к врачеванию и потому решались на продолжительное ожидание чуда, совершавшегося однажды в год, подававшего верное и полное исцеление от всякой болезни, но лишь одному больному. Болезнь расслабленного была наказанием за грехи, что явствует из наставления, данного Господом исцеленному: Се здрав был ecu, ктому не согрешай, да не горше ти что будет.

Господь, давший завещание исцеленному расслабленному, чтоб он не впадал снова в те согрешения, за которые наказан болезнью, дал такое же завещание грешнице, которой Он простил грехи ее. Иди, — сказал Спаситель мира присужденной земными праведниками на побиение камнями, — и отселе ктому не согрешай (Ин. 8, 11). Исцеление души и исцеление тела дается милосердым Господом при условии, при одинаковом условии. Грех жены был грех смертный; очевидно, что и грех расслабленного принадлежит к разряду грехов смертных. Эти-то грехи и призывают наиболее казнь Божию. Для погрязшего в пропасти смертных грехов нужна особенная помощь Божия, и является эта помощь явно в наказании, тайно — в призвании к покаянию. Призывается человек к покаянию или посылаемою ему болезнью, как случилось с расслабленным, или попускаемым гонением от человеков, что постигло Давида, или каким-либо другим образом. В каком бы виде ни явилось наказание Божие, должно принимать его со смирением и немедленно стремиться к удовлетворению той Божественной цели, с которою посылается наказание: прибегать к врачевству покаяния, положив в душе своей завет воздержания от того греха, за который карает нас рука Господня. С верностью укажется нам этот грех совестью нашею. Прощение греха и избавление от скорби, которою наказуемся за грех, даруется нам от Бога единственно при условии оставления греха, пагубного для нас, мерзостного пред Богом.

Возвращение ко греху, навлекшему на нас гнев Божий, уврачеванному и прощенному Богом, служит причиною величайших бедствий, бедствий преимущественно вечных, загробных. Тридцать восемь лет томился расслабленный в недуге за грех свой. Наказание значительное! Но Господом возвещается еще большее наказание за возвращение ко греху. Что это за наказание, более тяжкое, нежели болезнь, державшая больного в течение целой жизни на одре, среди всех лишений? Не что иное, как вечная мука во аде, ожидающая всех некающихся и неисправимых грешников. Аминь.

Святитель Игнатий (Брянчанинов)

Рим. 7, 14-23

Преподобный Дорофей. Поучение 1-е

«Благовестник»; Мф. 12, 44-45

Слово 1, гл. 2

Евр. 12, 8

Преподобный Макарий Великий. Беседа 7я, гл. 4. Святой Исаак Сирский. Слово 1-е

Беседа 7-я, гл. 4

Четьи-Минеи, 20 сентября

Святой Исаак Сирский. Слово 1-е

Святой Исаак Сирский. Слово 1-е

Евр. 12, 8

Оценка 3.5 проголосовавших: 6
ПОДЕЛИТЬСЯ

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here